Недавно выдалась рабочая поездка в Бишкек, которую удалось совместить с коротким, но ярким путешествием по столице Кыргызстана и окрестным горам. Приятно было улететь на несколько дней из трескучих -35 в +15, в город, где даже в феврале трава зелёная, а небо голубое…
Бишкек встречает не шумом мегаполиса, а каким-то спокойным, почти провинциальным дыханием большого города. Здесь нет суеты столиц, зато есть пространство — много воздуха, света и широких улиц, которые словно специально оставлены для ветра, приходящего с гор.
ГОРОД ШИРОКИХ УЛИЦ И ТЁПЛОГО ВЕТРА
Архитектура кыргызской столицы — это парадоксальная смесь эпох: советские здания из светлого камня стоят рядом с современными стеклянными фасадами, а за ними могут внезапно открыться тихие дворы, которые всё долгое лето утопают в зелени.
Старые кварталы до сих пор хранят черты советского градостроительства: прямые проспекты, просторные площади, массивные, монументальные здания театров и прочих учреждений разной степени казённости. Но над всем этим всегда виднеется главное украшение города — снежные вершины Тянь-Шаня, равнодушно взирающие на столицу с высоты.
Бишкек — город, который раскрывается постепенно. С первого взгляда он кажется строгим и немного сдержанным; ни яркой историчности, ни мегасовременного хай-тека.
Исторический центр города до сих пор хранит стиль и планировку советского времени. Просторные проспекты расходятся под прямыми углами, образуя чёткую геометрию улиц. Архитекторы когда-то задумывали Бишкек (он же Фрунзе), как город воздуха и света, и это ощущение пространства здесь чувствуется до сих пор. Широкие аллеи, большие площади, зелёные бульвары создают редкое для столиц ощущение свободы.
Современный Бишкек постепенно меняется. Нас удивило то, как много в столице стройки: среди старых советских строений, страдающих приступом монументализма, возвышаются башни многоэтажек, обтянутых строительным лесами. Застраивается не только центр, но и периферия, сплошь состоящая из частного сектора.
Однажды вечером в поисках приключений мы рванули в центр на такси. Водитель оказался разговорчивым. К тому же хорошо знакомым с Россией.
— У меня двойное гражданство, — похвастал он. — Вот и живу на две страны: тут таксую, а там у вас работаю в строительном бизнесе. В Самаре, может, знаешь такой город, брат?
— Да, брат, Россия необъятная, но географию в школах хорошо преподают, — ответил я. — Слушай, а почему в Бишкеке не работаешь? Я смотрю, тут на каждом углу что-то строится.
— Хе, — усмехнулся он. — Это сейчас так. Последние президенты стали у нас более-менее о народе думать, а раньше ничего этого не было. Народ разъезжался. А сейчас движуха какая-то появилась. Работа есть, молодежь реже стала в Россию уезжать.
ДВИЖЕНИЕ ВВЕРХ
В городе реально появляются новые жилые комплексы, стеклянные офисные здания, торговые центры. Они привносят в городской пейзаж современный ритм. Иногда эти здания контрастируют со старой архитектурой, но вместе с тем показывают, как город движется вперёд, сохраняя при этом свою основу.
Что ещё удивило, кыргызы не торопятся вычёркивать русскую культуру из своего быта. Если, например, в той же Алмате надписи, вывески, бренды обычно продублированы на двух языках, казахском и русском, то здесь на 99,9 % всё на языке Пушкина. Даже разговоры в автобусах и магазинах. Чего уж говорить, местная сеть супермаркетов «Народный» называется — внимание — «Народный»! Интересно…
Бишкек всё же является крупным городом, стремящимся «переодеться» по европейской моде. Если в провинциях Кыргызстана блюдут строгие нравы суннитского толка, в столице ислам умеренный, со светским креном. Мы угодили в Бишкек в разгар Рамазана (Великий пост по-нашенски), но на светловолосых голубоглазых людей, затоваривающихся снедью — и, чего уж греха таить — алкоголем при свете дня, под бдительным взором Аллаха, никто не косился и не окатывал презрением.
Впрочем, нужно отметить: если вы попадёте в Центральную Азию в Рамазан, особенности гастрономического быта вы сразу увидите. Кафе, рестораны, бистро в постный месяц до вечера практически не работают.
Мы, например, это поняли в воскресный день, когда на нашей исторической родине все уписывали блины — Масленица ж. Рядом с местом нашего проживания работала одна блинная «мастерская» — простой киоск, где управляется со сковородой и тестом местный эксперт по национальному русскому блюду, с окошком для выдачи яства.
Сунулись утром — закрыт. На такси доехали до следующей точки этой сети и увидели женщину, которая наводила в блинной марафет.
— Блины скоро будут? — спросили мы.
Женщина удивленно на нас уставилась.
— Ребятки, часа через два-три буду только тесто замешивать.
И, увидев наше недоумение, добавила нечто, что в этих краях очевидно:
— Рамазан же, ребятки.
При всей умеренности ислама в Бишкеке многие всё же блюдут пост. Поэтому общепит начинает работать только ближе к вечеру. При этом нужно ловить момент — все рестораны и кафе после 18 часов забронированы до последнего закутка.
Пивных, к счастью, это не касается. Мы набрели случайно на одно заведение с уютным интерьером, тяжёлым роком из колонок и местным крафтовым пивом*. И, хочу заметить, умеют-таки братья-киргизы варить этот пенный напиток.
Интересно, что за весь вечер, проведенный за разномастными лагерами, «ипами» и стаутами, в кабаке мы встретили лишь одного казаха, одного индуса и двух корейцев. Рамазан, всё-таки.
Резюмируя, отмечу, что через несколько лет столицу Кыргызстана будет не узнать. Уже сейчас ночные улицы полны огней и сияющих вывесок, а попутно город растёт ввысь, подтягиваясь к вершинам Тянь-Шаня.
ГОРНАЯ ТИШИНА У ПОРОГА СТОЛИЦЫ
Всего в нескольких десятках километров от Бишкека начинается другой мир — мир высоких гор, ледниковой воды и прозрачного воздуха. Национальный парк Ала-Арча — это ворота в настоящий Тянь-Шань. Здесь городская суета исчезает почти мгновенно: достаточно подняться по серпантину дороги, и вокруг остаются только скалы, река и густые хвойные леса.
Горное ущелье тянется далеко вверх, к снежным вершинам, которые даже летом сохраняют ледяную белизну. Склоны покрыты тянь-шаньской елью — высокой, стройной, темно-зелёной. Между ними шумят холодные ручьи, стекающие к реке Ала-Арча, чья вода всегда кажется особенно прозрачной и быстрой.
Пейзажи здесь меняются буквально с каждым километром. Внизу — мягкие лесные склоны и широкие поляны, выше — каменные осыпи, а ещё выше начинаются суровые скалы и ледники. Над всем этим поднимаются вершины, знакомые альпинистам: Корона, Ак-Сай, Свободная Корея. Их зубчатые силуэты делают панораму ущелья по-настоящему величественной.
Ала-Арча удивляет и тишиной, которую не могут перебить даже толпы туристов. Достаточно отойти немного в сторону от основной толчеи дороги — и вокруг остаётся только шум ветра в елях и гул горной реки. В такие моменты особенно остро ощущается масштаб этих мест: высокое небо, огромные склоны и чистый, почти звенящий воздух.
По дороге от Бишкека к Ала-Арче не пропустите кафе «Кашка-Суу Форель». Название говорит само за себя, здесь можно отведать форели в разных вариантах, которая буквально десять минут назад мирно плавала в заводи рыбной фермы, расположенной рядом. Строго говоря, кафе построено прямо на горной речушке, здесь же сформирован искусственный затон. Милые официантки с милыми улыбками даже предлагают выбрать, какую из форелек вынуть из затона и пустить в расход.
Здесь есть базовый ресторан в здании о двух этажах и уличные домики с круглым столом на 8-10 персон и панорамными окнами. А за ними открывается вид на долину и высокую изломанную линию Тянь-Шаня…
Максим ПАНКОВ.
* — чрезмерное употребление алкоголя может навредит вашему здоровью.
