17 мая в районном Дворце культуры состоялись публичные слушания. Группа «инициативных» каменских депутатов предложила населению проголосовать за прямые выборы главы Каменского района. Принятое на слушаниях решение, однако, ничего не меняет и носит лишь рекомендательный характер. Окончательное решение должны принять районные депутаты, если будет подобный вопрос рассматривать на сессиях.

Примечательно, что перед началом слушаний никто из опрошенных нами людей не смог сказать, зачем и по какой причине сегодня пришел в ДК. Некоторые люди интересовались у друг друга, что за мероприятие сейчас намечается во Дворце культуры.

Перед началом публичных слушаний был оглашен список присутствующих, а именно зарегистрированных — всего 306 человек. Присутствующим была дана возможность высказаться. Порой дискуссия перерастала в полемику зала с выступающим. Горожане резко разделились во мнении. Если вкратце: часть населения уверена, что при прямых выборах главы город заживет, а проблемы решатся. Вторая половина указывала на то, что в муниципалитете уже не раз практиковались прямые выборы глав, но ситуация ни в городе, ни в районе в лучшую сторону не изменилась. Выборные главы в таких случаях никакой ответственности перед населением не несли.

Настоящий конфуз случился при подсчете голосов. «Счетоводами» с трибуны были назначены сами инициаторы слушаний — депутат-коммунист Сергиенков и депутат Колесников. Еще в начале подсчета люди из зала возмущались и выражали несогласие — в счетной комиссии должны находится не заинтересованные в исходе, а нейтральные люди. Однако голос народа народными избранниками был проигнорирован. Не доверяющие снимали на видео количество рук, кто-то подсчитывал их самостоятельно.

В итоге, согласно официально озвученным цифрам, из 306 человек присутствующих  ЗА прямые выборы проголосовали 130 человек, ПРОТИВ 128 человек. Четыре ВОЗДЕРЖАЛИСЬ. Где остальные 44 голоса?

Из зала звучали возмущения жителей: что у каменских депутатов с арифметикой? Компетентны ли они вообще принимать какие-либо решения, если не могут сложить элементарных цифр?

Таким образом, публичные слушания закончились ничем, ведь даже если отбросить проблемы с математикой счетной комиссии, для принятия решения необходимо большинство голосов из ЗАРЕГЕСТРИРОВАННЫХ — это более 150 человек. Так гласит закон.

1 of 6

Фотограф из Камня-на-Оби Екатерина Татарникова благодаря социальному контракту исполнила свою мечту — расширила личный «арсенал» фототехники аппаратами высокого класса.

Заявление на соцконтракт для Екатерины — это один из шагов (многих) на пути к реальному воплощению мечты в жизнь. А формула мечты самая простая, её изобрел ещё Конфуций: занимайся любимым делом, и ты не будешь работать ни дня в своей жизни. Правда, в какой-то момент героине нашего номера пришлось решиться на шаг из зоны комфорта — оставить хорошее место, хорошую должность и карьерные перспективы ради семьи. Как говорили древние мудрецы, за благие намерения сама судьба воздаст сторицей.

В интервью «Каменским известиям» Екатерина Татарникова рассказала о том, как она прошла путь от фотографа-любителя с дешевой «мыльницей» до профессионального оператора фотосъемок с собственной студией и целым «лагерем» благодарных клиентов.

— Екатерина, расскажите, почему вы с вашими талантами не попытали счастья в мегаполисах?

— Нашу семью можно смело назвать исконно каменской. Я, конечно, как и многие, получала высшее образование в Барнауле, но меня постоянно тянуло домой. Честно говоря, огни большого города меня никогда особо не прельщали.

— На кого учились, если не секрет?

— Закончила Институт экономики и управления по специальности менеджер.

— И решили, что душный офис — не для вас?

— Ну почему же, я около четырех лет работала в банковской сфере, а потом меня переманили в коммерческую структуру, где я добилась должности коммерческого директора. Это был томский крупный холдинг, и пару лет до декретного отпуска я поработала на руководящем посту.

— Не поверю, что стало скучно.

— Для меня была интересна не именно эта сфера, мне всегда нравилось работать с людьми. В том холдинге была классная команда. Потом приоритеты компании поменялись, и она покинула каменский рынок. И как раз я ушла в декрет, затем во второй.

— Итак, вы поменяли собственные приоритеты в пользу семьи, и в то же время проснулся интерес к фотосъемкам?

— Насчет семьи вы правы, образы деловой женщины и мамы не очень вяжутся в моем понимании. А фотография в моей жизни появилась, когда мне было 25 лет. То есть почти сразу после вуза.

— Сейчас каждый второй считает себя фотографом, тем более всё для этого в плане техники есть. В какой момент вы поняли, что у вас получается и этим можно заниматься серьезно?

— Действительно, сегодня даже у средних телефонов качество съемок такое, о каком в середине «нулевых» можно было только мечтать. Я вообще начинала с дешевой «мыльницы» — может, помните, были такие простенькие цифровые аппараты. Может, всё это и осталось бы на уровне хобби и со временем ушло на второй план, но в то время люди, чье мнение для меня является авторитетным, поддержали меня в этом начинании. Ну а молодость — там же вообще страхов никаких нет, только чистая энергия. Но, признаться, очень долго я занималась фото просто по зову сердца, о монетизации даже не задумывалась.

— И это всё ещё хобби для вас? Я имею в виду, всегда есть риск, как бы точнее выразиться, направить свои таланты во что-то сугубо прикладное, в ремесло. Вам не чуждо сейчас очарование творческого поиска?

— В большей степени фото остается для меня именно хобби. Просто со временем, за счёт того, что клиентура постоянно росла и продолжает расти, сформировался стабильный доход. А поскольку клиенты приходят и не уходят, этот доход прогнозируемый. То есть им можно управлять.

— Это в вас менеджер говорит?

— В любом деле должен быть экономический расчет. Но я, всё-таки, к фотографии отношусь не как к профессии или бизнесу. Она больше для души. Просто повезло объединить две составляющие, можно так сказать.

— Хорошо, но я пытаюсь понять другой момент. Взять, например, художника. Сначала он пишет на холсте, чтобы учиться. И он учится ровно до определенного момента, когда начинает понимать, что теперь работы достойны выставки и потенциальных покупателей. Наверное, и у вас был момент, когда вы это грань почувствовали?

— Я не уверена, что в творчестве вообще существуют эти границы, а особенно планка, выше которой нет роста. Мастерство требует постоянного повышения, и это касается любого хобби и профессии, не обязательно творческой. Развиваться нужно постоянно, бесконечно, а для этого необходимо себя в чем-то реализовывать. Сегодня я даже не могу с уверенностью сказать, что добилась каких-то там супер-результатов. Возможно, я просто по характеру такой человек, который не останавливается на достигнутом. Можно поставить перед собой цель, а потом, по мере её достижения, отодвигать её ещё чуть-чуть дальше.

— Вы учились фотографированию или это чисто природное чутьё? Часто бывает, что художники являются по умолчанию хорошими фотографами, потому что видят свет и композицию.

— Изначально художественный взгляд на мир нам с сестрой — она тоже фотограф — прививала мама. Она сама очень хорошо рисует, и мы это от неё унаследовали.  Наверное, поэтому я убеждена, что самое ценное вложение, лучшие наши инвестиции — это дети. Кстати, именно по этой причине я после двух декретов подряд не вернулась в офис. Возвращаясь к теме фотографии, ей я не прекращала заниматься никогда. Помню, в роддоме на второй день уже записывала клиентов на фотосессии. Не подумайте, что я помешана на заработках — ко мне обращались друзья и знакомые, а им трудно отказать.

— Вы специализируетесь на портретах?

— Ну почему же, не только художественная съемка в студии. Очень нравится снимать репортажи — когда видишь положительные эмоции людей через объектив, сам заряжаешься этой энергией. И я как будто не работать туда иду, мне иногда даже кажется, что меня просто пригласили в гости. А я потом дарю людям светлые воспоминания, запечатленные в кадре.

— Вы упоминали, что неплохо рисуете. Не пробовали реализовать себя в амплуа художника?

— Скажем так, наша с сестрой любовь к рисованию и изобразительному искусству в целом пару лет назад воплотилась в ещё один проект — арт-пространство, где мы встречаемся с творческими людьми, которые хотели бы себя реализовать, да и вообще развиваться в этом направлении.

— Я как раз недавно думал об этом, что творческий человек несвободен перед своими идеями, творческий замысел живет внутри своей жизнью, и гармонию с самим собой можно найти только в том случае, если этот замысел воплощается в жизнь. Получается, вы даете другим людям выпустить творчество наружу?

— Да, наверное, это можно трактовать таким образом. Вообще, арт-пространство у нас виртуальное, что-то вроде онлайн-галереи, но есть и реальная площадка. Мы арендуем зал в одном из кафе, собираемся там, тусуемся, рисуем, фотографируем, к нам приходят взрослые и дети — в том числе мои. Для этого мы с сестрой закупили необходимое оборудование, краски, мольберты, кисти. Нам в этом деле помогает профессиональный художник и педагог — Елена Букреева.

— Креативите вовсю, в общем. Давайте вернемся к социальному контракту. Насколько этот опыт был для вас полезен?

— Трудно выразить словами, насколько я счастлива, что в нашем управлении соцзащиты мне одобрили заявку, причем на максимальную сумму! О соцконтрактах я узнала от своих знакомых, а также информация об этой мере поддержки постоянно мелькает в соцсетях и СМИ. Конечно, мы давно уже работаем не на «мыльницах», но о камере высокого класса мне до недавних пор приходилось только мечтать. Копить — трудно и долго, кредиты — дорого. На средства соцконтракта я купила новую камеру со встроенной функции ретуши и цветокоррекции, два объектива, производительный ноутбук, который необходим для работы с профессиональными программами. С новой техникой работать легче.

— А где вы базируетесь?

— С фотостудией у нас получилось всё прекрасно: мы оборудовали её в семейном доме, где сейчас живет мама. Не нужно тратиться на аренду — это большой плюс. В студию есть отдельный вход, то есть мы никому не мешаем. Кстати, мы её обустроили, когда мне было 25 лет и я работала в банке. Взяла кредит, на который мы купили оборудование, студийные лампы и фоны. И счастью нашему не было предела. Наверное, уже тогда я понимала, что фото со мной — всерьез и надолго!

Максим ПАНКОВ. Фото из архива Екатерины ТАТАРНИКОВОЙ.