Недавно каменский автор и исполнитель песен Алексей Павленко выступил в каменской библиотеке перед обширной аудиторией. До этого он проехал с концертами по всей стране, выступая на фестивалях живой авторской музыки, взял гран-при фестиваля «Боевая высота», победил во всероссийском конкурсе «Бессмертного полка». Его песни слушают в соцсетях миллионы. Они цепляют за живое. Такой должна быть музыка — оставлять ощущение бритвы, которой полоснули по душе.

Мы пригласили Алексея в редакцию, где произошел обстоятельный и необычный разговор. В нем есть очарования солдата, разочарования капиталиста, вечный поиск и вечное возвращение. В сущности, это обычный «биографический срез» с банальными вопросами. Вот только отвечал на них человек неординарный.

СТОИК

— Алексей Николаевич, мы с вами давно знакомы, и я замечаю, что вы с нашими краями спелись — буквально и фигурально. Я вот не помню — вы местный уроженец или судьбой в эти окраины заброшен? Простите, что «заехал» с банального вопроса.

— Ну, это обычный вопрос. Я местный, родился в Камне-на-Оби, здесь пошёл в детский садик, потом в школу. Сменил их, правда, несколько: начальные классы закончил в школе № 3, потом учился в одиннадцатой школе — сейчас мало кто её помнит, это было деревянное здание возле карьера, которое потом снесли.  Помню, что учились в первую смену, но по домам с ребятами разбредались затемно: там фонарь горел, и под ним можно было играть в футбол допоздна. Сейчас вспоминаю — ведь как-то успевал учиться в обычной школе, в спортивной, в музыкалке.

— Получается, увлечение музыкой, сочинительство песен у вас родом из детства?

— Нет, писать я начал только во время службы в армии. Вёл что-то вроде дневников, делал разные записки со своими мыслями.

— Действительно, а что ещё делать солдату в свободные минуты досуга. Кстати, вы служили в середине 80-х, в разгаре — Афганский конфликт.  Не было желания испытать себя там? Мне кажется, вы в молодости были человеком неспокойным — я в чисто пассионарном смысле.

—  А я даже получил так называемую «команду 20-А». Отправился на юг Туркменистана, в город Теджен — это недалеко от границы с Ираном.  Там была учебная дивизия 40-й армии, практически полный её состав готовили к отправке в Афганистан. Отслужил полгода, начались отправки тех ребят, которых призвали вместе со мной. И тут вызывает меня ротный и говорит: «товарищ курсант, я вас назначаю старшиной роты». Начал возмущаться, мол, так и так, товарищ командир, тут без меня куча дедов, почему я. А он так сурово отвечает: «Вы, товарищ курсант, устав плохо изучали? Что вы должны ответить на приказ командования? «Есть!» — говорю.

—  Не обидно было?

— Да как тебе сказать…  Меня потом обзывали старшиной китайской роты. Там 178 человек было, чуть ли не батальон. Я многих за ленту отправил — кто-то вернулся, кто-то нет. Конечно, тяжело было на сердце. Зато наша рота была лучшей в дивизии по физподготовке.

—  Вымуштровали?

— Да знаешь, там, в основном, были либо местные, туркмены, либо из соседних республик, а народ они горячий. Бывало, только сядем в актовом зале подшивать воротнички под передачу «Время», а среди них уже потасовка зреет, табуретки по залу летят. В итоге все строятся и бегут кросс пять километров. Так и дисциплину подтягивал, и лёгкую атлетику.

— К разговору про банальности. Ну, знаете, говорят такую избитую фразу: где родился, там и пригодился. Я как раз недавно об этом думал. Главная проблема банальных фраз заключается в том, что ни одна из них до нас так и не достучалась, а мы часто прячем за заезженными сентенциями прозу жизни, которую не хотим признавать. К чему, собственно, клоню — я бы за этой фразой спрятал тот факт, что хотел уехать, но не смог. А вас что вернуло в Камень? Обстоятельства или желание?

— Быстро на этот вопрос ответить не получится. Начнем с того, что у меня было море возможностей обосноваться и жить далеко за пределами Алтая. Ещё до армии, в 1984 году, я окончил Институт инженеров водного транспорта и по распределению попал в Тобольск. Одну навигацию отработал на новом большом теплоходе смешанного плавания река-море. Только мы вооружились на новую навигацию, меня призвали в армию. Вот, а после срочной службы я ещё на офицерские курсы пошел в высшем танковом командном училище в Ташкенте. Получил старлея и решил с военной службой завязать. Вернулся в Тобольск, душа по флоту горит. Иду, смотрю на корабли на зимнем рейде, ностальгия рвет душу… И вдруг сзади хлопок по плечу. Поворачиваюсь — стоит мой капитан, с которым мы ходили ещё до моего призыва. Слово за слово, я опять устроился на теплоход.

— Так. Тобольск — прекрасный город. Белоснежный кремль, изгиб Иртыша… И не мегаполис, а уютный «стотысячник» с душевной архитектурой. Почему решили уехать?

— Я отработал ещё одну навигацию, и тут однажды радиограмма — отец умер. После похорон обосновался в Омске, проработал там пару лет… Всё было хорошо, но не Родина, понимаешь?

— Честно? Не особо. Я имею в виду, что обычно желание вернуться на малую родину посещает людей, которые испытали много, пожили долго — и хочется в тихую гавань. Мне кажется, молодому и в хорошем смысле амбициозному человеку место именно в гуще событий. Ну, или, по меньшей мере, на хорошей престижной работе.

— Я в Омске работал на базе отдыха на берегу Иртыша — это было солидное учреждение со своим прогулочным теплоходом. Всё, вроде бы, хорошо, но мне очень хотелось заниматься литературой. Всё остальное мне было не особо интересно.

— Вот это мне понятнее и ближе. Дома родные стены помогают?

— Наверное. Во всяком случае, когда позвали работать в каменском речфлоте, я сорвался и поехал. Сначала работал диспетчером, потом принял теплоход РТ-317 и на нем сколько-то лет отработал. А потом наступили времена, о которых ты уже помнишь — всё начало разваливаться. Пришлось как-то крутиться, зарабатывать, пока свободное время после смены.

ФИНАНСИСТ

—  Многие считают, что физик никогда не станет лириком и наоборот — это что-то вроде двух взаимоисключающих ментальностей. Считаю эту концепцию спорной, но сейчас у меня тут в когнитиве диссонирует слегка. Вот вы были солдат, речфлотовец, поэт и писатель. Эти образы легко сочетаются, вам подходят вместе и по отдельности. Но вот коммерсант — это как бы в стороне, это особая организация личности. Вы один из первопроходцев вольного и временами безумного бизнеса 90-х в Камне-на-Оби. Не случалось ли такого, что вам приходилось продираться через какие-то внутренние барьеры?

— Знаешь, что для меня было самым сложным? Я по натуре своей такой человек, кто последнее отдаст, если кому-то нужно помочь. И такое часто бывало, чтобы я просто кому-то что-то безвозмездно отдавал. А теперь я должен что-то продавать в городе, где я знаю чуть ли не половину взрослого населения. То есть я теперь должен что-то дать, а взамен потребовать денег. Вот где была дикая ломка. Конечно, я сам себе внутри говорил: если я сейчас всё раздам, всё закончится, не начавшись. Первый-то опыт в коммерции у меня попроще был.

— В смысле, продавали товар только незнакомцам?

— Ну, что-то вроде того. Если помнишь, у нас баржи на Север щебень возили. Решил я попутно в контейнер картошку грузить — а что, сто тонн засыплешь, баржа всего на пару сантиметров просядет. Начал возить её в Нижневартовск, в Сургут.

— А не страшно было в такую даль с таким грузом ехать? Не приходилось на бандюганов нарываться?

—  Помню, стояли в каком-то городке, я в гостинице ночевал. Вечером спускаюсь в ресторан, сижу ужинаю. И тут на улице, прямо возле гостиницы, разворачивается настоящий боевик — братва устроила перестрелку. Выстрелы, мат-перемат, у меня прямо над головой прошла шальная автоматная очередь. Ну, я пригнулся и дальше ем. Официантка с трудом меня из зала выгнала. А так, конечно, были наезды. Гранаты под ноги бросали. Ствол в лоб упирали. Меня, почему-то, в таких ситуациях смех начинал разбирать — наверное, от стресса, и это меня выручало.

— Ну ладно, кипеж 90-х вы пережили. Повозили товары челночными рейсами на рынок. Как вы пришли к идее создания основательного торгового предприятия? Это ведь уже чистая коммерция, без всякой романтики большой дороги — предполагаю, что она вас могла даже немного захватить тогда. Не тяжело было менять печатную машинку и блокнот с ручкой на арифмометр?

— Иногда меня посещает мысль, что в коммерции тоже есть элемент творчества. Может какая-то мысль осенить — и от неё всё завертится. Вот и я однажды подумал, что простой полиэтиленовый пакетик — это такая шутка, которая всем нужна, а их тогда не продавали в каждом магазине, как сейчас. В общем, сам соорудил станок с механизированным ножным приводом и начал их ляпать.

— В вас ещё и кулибин где-то зрел в глубине души…

— Ну, там не особо хитрый станок был. Но получалось делать всё ровно, с прочным швом. А потом понял, что выхлопа с этого особо нет. И решил, что проще покупать крупные партии таких же пакетов в Барнауле, где их ляпают на конвейерном производстве, и продавать здесь. Потом уже, когда появилось помещение на «оптовке», начали расширять ассортимент. Какое-то время даже игрушки возили. Помню, рядом с нами ребята работали, тоже игрушками торговали, и так получилось, что мы нашли хороших поставщиков и продавали дешевле. Было очень неловко перед ними, что цену им перебиваю. А с другой стороны, хотелось и людям подешевле продавать: вот человек придет, купит дешевле, чем обычно, денег сэкономит и сможет что-то ещё полезное купить. Ну, и рынок есть рынок.

— Вот примерно это я и имел в виду, когда говорил, что не вяжется с вами образ человека торговли. Сейчас вы это подтвердили. По крайней мере, на рынок вы смотрите под странным для коммерсанта углом.

— Странным в том плане, что я всегда задумывался — а не помешал ли я кому-то другому? Принесет ли мой бизнес кому-то благо?  Вот я сейчас считаю, Макс, что капитализм — это тупиковый путь развития человечества. Не знаю, согласишься ли ты со мной.

— Отчасти. Ну или соглашусь с маленькой оговоркой — эффективную альтернативу рыночной экономике пока не придумали. Помните, как говорил Черчилль: демократия — худшая из форм правления, хуже только все остальные.

— Я сейчас вспоминаю, что лет до 25 примерно был уверен, что знаю всё на свете и что знаю, как сделать правильно. А сейчас я знаю, что вообще ничего не знаю.

ТИТАН

— Вот слова не мальчика, но Сократа. Вообще, это признак умного человека, когда он говорит «я ничего не знаю». Считают, что знают всё, только дети и идиоты. Хорошо, настал день, когда вы отошли от дел полностью, вверив бразды правления сыну. Антону, кстати, не забудьте передать привет. Что вас на это подвигло — вот этот внутренний конфликт? Неприятие капитализма стало сильнее необходимости им заниматься?

— Я же говорю, что ничего не знаю. Так и здесь. Какое-то время я считал, что заниматься бизнесом — это очень круто, это такое же творчество, такая же самореализация. Но попутно я начал осознавать, что становлюсь другим. Ну и вообще, раньше, в советские времена, мы были другими. Ни хрена ни у кого не было, а жили дружно, шумно, весело. Сейчас капитализм, у людей все есть — кроме того дружного веселого времени. В старину люди всегда общинами жили, и это был не просто уклад, а нечто большее. А сейчас, в эпоху частной собственности, мы все замкнулись в своих раковинах, ходим в них и изредка сталкиваемся друг с другом панцирями.

— Так что для вас уход из бизнеса? Попытка остановить мгновение и увидеть, что оно прекрасно?

— Да, поковыряться в огородике — это прекрасно. Больше времени уделять творчеству — тоже. Ну и признаюсь, я не совсем отошел от мира финансов, иногда играю на фондовых биржах. Правда, сейчас это делать практически невозможно.

— Предлагаю именно здесь провести черту между Алексеем Павленко — коммерсантом и Алексеем Павленко — музыкантом, поэтом, писателем. Как вы вернулись к литературному творчеству? Был ли какой-то определенный импульс?

— Это интересный момент, до сих пор иногда вспоминаю. Помню, собрались осенью с женой отдохнуть в Сочи, а я говорю ей, мол, так и так, ты пока лети, а я тут на огороде уберусь — и через недельку к тебе. И вот сижу поздно вечером дома, одному немного непривычно. Вдруг в соседней комнате какой-то шум. Смотрю — стопка бумаг завалилась, и часть высыпалась из шкафа. А сверху лежит моя старая рукопись повести «Живи, страждущая», ну или по второму названию «Реквием по умирающей стране». Я её ещё в конце 80-х написал. Я уже забыл про неё, а тут открыл и начал читать. Потом как дал себе по лбу — балбес, чем всю жизнь занимался! На следующий день родилась песня «Поднимайтесь, люди!».

— Это та самая песня, с которой вы проехались по доброй половине российских фестивалей? Просто интересно, вы давно музыкой не занимались, а тут раз — и хит.

— Ну, я сначала сам на неё хорошенько посмотрел. Вижу, потенциал есть. А что с ней делать — понятия не имею.  Обратился к Светлане Толстоконевой из ДШИ, и она дала мне координаты одного талантливого композитора из Томска, который сделал для песни аранжировку.

— Как произошел момент продвижения вашего творчества в массы? Честно говоря, на музыкального продюсера вы похожи ещё меньше, чем на капиталиста.

— Начнем с того, что у меня даже задней мысли не было извлекать из моих песен прибыль. Просто я почувствовал, что какая-то аудитория у меня должна быть — потому что эти песни, возможно, кому-то нужны. А меня сроду не было в соцсетях. Зачем мне это, я на пенсию ушел, купаюсь себе в речке, копаюсь в огороде. Пришлось регистрироваться в соцсетях, в том числе в ютубе. Меня там, кстати, заблокировали — я враг для них, ну и хрен с ними. Особо надежд не питал. Думал, ну кто-то послушает, кому-то понравится, кто-то о чем-то задумается… А тут как-то внезапно раз — и миллион просмотров. Да ещё и в комментариях пишут, мол, почему давно новых песен не выкладываешь.

— Как вы на большой сцене в итоге оказались?

— Да тоже случайно получилось, можно сказать. Как-то мне позвонил Андрей Артамонов и предложил создать творческое объединение людей, которые пишут песни. Можно будет совместно организовывать концерты. Я вообще за любой кипеж, если дело доброе. И вот мы примерно год назад дали волонтерский концерт, собрали тысяч семьдесят рублей для ребят на фронте. Андрей классный звукарь, прекрасный музыкант, и я у него многого нахватался. Он мне в плане творчества очень помог. Потом мы вместе съездили на фестиваль «Песни иткульского лета». Там было около двухсот композиторов, все именитые. Тоже полезный опыт.

— А как насчет изнанки шоу-бизнеса? Не пришлось выдерживать натиск медных труб?

— Когда мне было лет 25, я немного поездил по рок-фестивалям, выступал вместе с «Белым Камнем», правда, в разных отделениях. Сейчас, конечно, уже немного смешно от того, что мы собирались и орали на сцене, как балбесы. А чего орёшь, если от выпитого портвейна уже толком не помнишь, кто ты есть. Сейчас я вернулся в музыку с совершенно другим посылом. Это осознанное возращение, зрелое. И вообще, перед этим я пошел в военкомат — сам понимаешь, с какой целью. Меня там развернули, конечно. А у меня мысль — чем-то же я могу помочь?! И когда читаешь отзывы, в которых люди тебя искренне благодарят за творчество, понимаешь, что всё это не зря.

ОПЛОТ

— Не зря — что?

— Борьба за души человеческие, особенно молодые. Наверное, сильно громко звучит, но когда я только начал снова заниматься музыкой, попытался изучить, что это за лейблы, агрегаторы и прочее. Заодно посмотрел, что сейчас слушает молодежь. И вот эти каналы, где по 20-30 миллионов подписчиков — я бы это назвал духовной порнографией. Это же всё на таких низменных примитивных инстинктах, это откровенная гадость. И я понимаю, что мы проигрываем сегодня, потому что молодежь в массе своей потеряла что-то светлое, нравственное, человеческое. Надеюсь, проиграна только битва, а не вся война.

— Если верить Андрею Белому, то кризис культуры — это вечное возвращение. Если впереди тупик, значит, всё будет возвращаться, перевоплощаясь.

— Ну, допустим. Отвлечемся от музыки, возьмем кино.  Кто сейчас снимет второе «Освобождение»? Кто снимет «Судьбу человека»?  Никто. Вроде, у кинематографа деньги появились, спецэффекты есть современные, картинку красивую научились лепить. Но это не искусство.

— Как-то случайно листал телеканалы и наткнулся на современный фильм про Великую Отечественную войну. Там девушка с ботоксными губищами и накладными ресницами ползла то ли в ближайший блиндаж, то ли к своему пластическому хирургу. Вспомнилась тогда строчка из Летова: «пластмассовый мир победил». Ну, ладно, допустим, как раз сейчас мы все с размаху заехали лицом в стену культурного тупика, до разворота к истокам ещё далеко, надо сначала сопли подтереть.

— В одной моей песне есть строчки: «Комбат был смелым мужиком — в кино их тыщи. Но те пропахли коньяком, а он кровищей». Мне кажется, пока в искусство не вернется искренность, десятки миллионов просмотров будут набирать пустые ролики. Раньше у молодежи было клиповое мышление, а сейчас оно ещё сильнее урезалось до полутораминутных нарезок. Но я в музыку пришел с серьезными задачами и буду этим заниматься, пока на наши концерты приходит хотя бы один зритель. А может, и без зрителей буду.

— Я так понимаю, у вас сейчас цикл военных песен, в том числе посвященных СВО?

— Я бы не сказал, что это цикл. Некоторые свои старые тексты я решил восстановить и записать — это «Здравствуй, мама» и «Возвращусь когда домой». Да, они идут как военные песни. Не так давно я начал сочинять музыку к текстам, которые нахожу в интернете. Однажды наткнулся на одно пронзительное стихотворение, и буквально с первых строчек начала зарождаться мелодия. Вот я пропел слова «Над Донбассом небо жаркое, синее… Жить да жить бы, только передо мной — низкий бруствер, ветерок меж осинами и противник, вставший серой стеной…» Вот я записываю это на диктофон. Затем отыскал автора стихотворения — им оказался известный военкор Альгис Микулькис. Написал ему письмо, приложил запись, а ответа всё нет и нет. А мне так сильно текст в душу запал, что я сижу и уснуть не могу. И вдруг в 3 часа ночи звонит Альгис. Говорит: «Я страшно извиняюсь, у вас там уже глубокая ночь… Но я не мог раньше, я ревел». И рассказал, что стихотворение написано на основе реальной истории. Парень с позывным «Турбо» попал в окружение, все его товарищи погибли, а сам он наступил на «Лепесток» и получил серьезное ранение ноги. Стихотворение заканчивается строками: «С позиции своей не уйду». А в реальной истории командир роты с позывным «Дизель» поехал за ним на квадроцикле, который на полпути сдох. Он ползком добрался до раненного «Турбо», также ползком на себе утащил к своим. А потом «Дизель» погиб от пули снайпера. Альгис потом мне ещё одно свое стихотворение отправил, чтобы я сочинил музыку. Я пытался объяснить, что не композитор, а так, любитель. Но он настоял.

— С какими авторами вы ещё работали?

— Как-то попались мне стихи поэтессы Ирины Мацегуры. Они у неё такие мужицкие, железобетонные. Одно из её стихотворений, к которому я сочинил музыку  — это «Димка», я её уже на нескольких концентрах спел. Интересно, что она тоже основана на реальных событиях — некий пятилетний мальчик Дима из Донбасса написал письмо Деду Морозу. И он сильно переживает за него. В песне это звучит так: «Если полетишь ты на санях летучих, то лети повыше, над высокой тучей. Попотеть придется? Потерпи, бывает. Но зато у солнца бомбы не летают». Помню, выступал перед студентами, пел эту песню. Потом говорю: вот видите, мальчику пять лет, а он уже взрослый. Потому что переживает, потому что чувствует ответственность — за себя, за детей, за родителей, за близких.

— И за Деда Мороза.

— Да, и за него. Это делает пятилетнего ребенка маленьким взрослым человечком. Некоторые до 80 лет доживают и остаются детьми.

Максим ПАНКОВ.

Как педагог и предприниматель из Камня-на-Оби завоевали золотые медали на Олимпиаде городов Алтайского края. И почему в Каменском районе на грани исчезновения лыжный спорт?

23 февраля в Бийске завершилась зимняя олимпиада городов. Несколько незабываемых дней для спортсменов всего региона показали, на каком уровне находится спорт в отдельно взятых районах. Камень-на-Оби на олимпиаде 2025 занял пятое общекомандное место из девяти. Но оказавшись в середняках в общем, наши спортсмены показали и прекрасные личные результаты.

Мы стали первыми среди спортивных семей старшей группы, благодаря семьям Замятиных и Болдыревых. Каменские шахматисты стали бронзовыми призерами соревнований, благодаря сильной игре Дмитрия Лохматова (2 место) и Константина Кощаева (3 место). Трое лыжников взяли медали всех проб, став золотыми, серебряными и бронзовыми призерами (Евгения Алексеева и Сергей Казанцев – 1 место, Николай Налимов – 3 место).

О семьях, в которых спорт на первом месте, мы расскажем позже. А после олимпиады мы встретились с людьми, которые много лет не знали, что такое спорт и не считают себя спортсменами. Они встали на лыжи основательно уже в зрелом возрасте. Тренироваться стали не так давно, защищать честь города тоже. И все на чистом энтузиазме.

Сергей Казанцев – бывший предприниматель, ныне педагог Каменскго агротехникума. Перерыв в занятиях спортом у него составил 27 лет, а сегодня он обладатель золотой медали по лыжным гонкам. Евгения Алексеева еще недавно вообще не знала, что такое лыжи и с какой стороны к ним подходить, а уже победительница не одного соревнования, в ее копилке целая россыпь медалей.

Тем более, интересно поговорить о спорте с «не спортсменами», ведь их результаты порой оставляют позади тех, кто тренируется всю жизнь. Вот только радость от личных побед получилась со слезами на глазах от состояния лыжного спорта в Каменском районе. Лыжники уже давно, не стесняясь, говорят, что этот вид спорта у нас «загибается». Почему? Ведь еще в недавнем прошлом выходцем из нашего района была Елена Соболева. Девчонка из села Аллак — мастер спорта России международного класса, призер чемпионата страны, этапа Кубка мира, чемпионка мира среди юниоров и молодежи. Эта лыжница среди других звезд  – воспитанница талантливого аллакского тренера Сергея Шабанова.

Дмитрий Бакуров был вторым на первенстве СССР, чемпион СНГ, призер России. Защитил звание мастера спорта по биатлону. Алина Харламова – кандидат в мастера спорта по биатлону и полиатлону. Список имен и фамилий мастеров спорта по лыжному спорту и биатлону, воспитанных новоярковским тренером Сергеем Сорокиным, можно продолжать дальше. Только обидно и в голове возникает вопрос: почему сейчас мы лишены этого?

Но сначала о хорошем.

СТРЕЛЯЙ, БЕГИ, СКОЛЬЗИ ИЛИ КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ

Конец февраля для наукограда стал особенно оживленным. На несколько дней гостями Бийска стали представители разных районов региона. Полный стадион, приподнятое настроение, атмосфера праздника царила даже в светской среде. Все-таки олимпиада – настоящее событие.

Каменские лыжники плотно тренировались последние три месяца. За это время отношения переросли в товарищеские, а жизнь — в предвкушение грандиозного события. Они признаются, что до сих пор живут «там», настолько сильны впечатления от процесса подготовки, самой олимпиады и ее послевкусия.

Всего от Камня-на-Оби в Бийск отправились десять лыжников – пятеро мужчин и пятеро девушек. На полиатлон собрали восемь человек.

Кстати, нынешняя олимпиада для девушки стала третьей, и это уже ее второе первое место в личном зачете. В этом году Евгения делила на соревнованяиях медаль с той же соперницей, с которой «билась» на летней олимпиаде. Она оказалась лыжницей, как и она.

— Мой большой минус — это спуски, — говорит девушка, —  даже посчитать по времени:  я подъезжаю к спуску, теряю секунду, две, потому что я торможу, я боюсь. Скорость уже не та. Соответственно, для меня подъем больше времени занмает. Даже 6 секунд на одном только спуске с подъемом потерять – это много.

Нам ведь в Камне-на-Оби, по сути, негде тренироваться. В прошлом году мы ездили в Сузун с Юлией Гориявчевой, лыжницей, педагогом школы № 1. Чисто для себя, просто покататься. Там хорошая рельефная трасса, горная, со спусками, с подъемами. Здесь мы на реке тренируемся, сами видели, какая у нас лыжня. Мы едва за две недели приготовились к тому, чтобы у нас организм начал физически выносить объем 600-900 метров. Да и привыкли проезжать 200 метров, потом спуск, отдыхаешь, снова метров 200, подъемчик, отдыхаешь.

Да в нашей местности спуски что ли? Хорошо, на Плотинке нормальная рельефная трасса, но мы заложники нашей матушки реки. До декабря на правобережье выехать не можем, потому что дороги нет, а в марте ледовую переправу уже закрывают. Нам бы здесь, на левой стороне такую лыжню с рельефом.

— На самом деле, мы всегда в середине, потому что у нас не такие лыжные державы, как в Бийске, Заринске, Рубцовске, — присоединяется к разговору Сергей Казанцев, — у них хорошая школа, отработанная система, которая показывает результаты десятилетие за десятилетием. У них преемственность. Как в нашем боксе – каменские ребята молодцы, они правильно всё делают. Укомплектовывают тренерский состав своими же воспитанниками. У нас же нет даже нормальной, полноценной, рабочей трассы.

И нам бы федерация лыжных гонок помогала, финансировала бы, если бы было кого, если бы были те, кто проявляет стремление к достижениям. Заринску помогает? Помогает. Рубцовску помогает? Да.

Эти города на Олимпиаду выставили титулованных спортсменов. Бийск, к примеру, привез Бобровых. Это те юниоры, которые у нас по сибирскому федеральному округу и по России выступают. Сравнить их уровень и наш — он очень сильно отличается. Соответственно и подготовка. Даже трассы, на которых наши соперники тренируются – совсем не то, что имеем мы.

Честно признаться и это всем известно — для массового спорта у нас в городе условия слабенькие. В плане материально-технической базы, в том числе, но люди все равно вовлекаются и интерес к этому только растет.

По словам собеседников, не так давно отношение к спорту в городе кардинально изменилось в лучшую сторону. С того момента, как директором спортшколы стал Сергей Карелин.

—Я ему спасибо говорю каждый раз и благодарю за поддержку, — отмечает Сергей Казанцев, — на олимпиаде он буквально жил с нами, постоянно находился рядом, болел. Человек он к спорту близкий и я помню, как в былые времена ездили и на летнюю олимпиаду вместе.

Сейчас он вернулся, он на своем месте. Грамотный человек, до этого в спорткомитете отработал немало. Как только приступил к своим обязанностям в прошлом году, сразу в городе шесть массовых мероприятий было организовано. И людей сколько было, не сравнить с прошлыми годами!

Нам даже, в принципе, и не было необходимости куда-то выезжать соревноваться. Нам своих соревнований  хватало для разминки, для подготовки. Без соревнований ведь никуда. А какие глаза у детей, когда они даже простенькую медальку получают, когда их с грамотой фотографируют. Соревнования для подрастающего поколения – это хорошая мотивация.

В общем, многое зависит от личности человека. Все спортивное сообщество города радо возвращению Карелина.

БЕГУЩАЯ ПО «ВОЛНАМ»

— Женя, как у вас семья относится к тому, что вы постоянно в «бегах», на лыжах, на трассах?

— А я со своими детьми это делаю, поэтому супруг только рад. Я же вообще не спортсменка. Как я тут оказалась — для меня самой это большая загадка.

Это всего лишь моя третья зима, когда я плотно занимаюсь с командой. А начала с полного нуля. Лыжи я никогда не видела.

Началось все с того, что как-то ребенок попросился покататься, уехали на Плотинную. Я помню, как на «классике» размером  метр девяносто пыталась в подъем зайти коньковым шагом. То, что видела по телевизору, то и пыталась применить, не понимая при этом, какие лыжи бывают, что это такое, как на них бегут.

Потом на лыжню на озере Рица начали иногда с мамой выходить по выходным, просто кататься. Затем проснулся интерес, и начались вопросы: почему другие могут, а я не могу? Это же свежий воздух, прогулка, здоровье. Следующий шаг — детей отдала в спортшколу, стала с ними на занятия ходить, наблюдать.

Сама я стеснительный человек, было стыдно спросить, можно ли покататься с нашими немногочисленными лыжниками. Оказалось, они были очень рады пополнению в своих рядах. Потом Юля Гориявчева предложила с ней за компанию кататься. И понеслось, затянуло! Теперь какой год уже защищаю честь города на различных соревнованиях. При этом желание заниматься только растет.

Уверена, что никогда не поздно, заняться профессионально спортом. Стоит только захотеть. Да и за здоровье не нужно бояться, оно от лыж только прибавится.

 — Лыжи — это дорогой вид спорта?

— Укомплектоваться более или менее нормальным снаряжением стоит порядка 80 тысяч рублей. Но это не обязательно. Можно сначала напрокат брать инвентарь. Хотя бы начать.

Кстати, спорт у Евгении не прекращается даже летом. Улыбаясь, она говорит, что ее уже в нескольких района города знают, как бегущую девушку. Летом она плотно подсаживается на легкую атлетику и бежит, бежит, бежит. Проезжающие мимо водители автобусов, как знакомые, приветственно машут ей рукой, сигналит привыкшие к бегунье водители авто. А она не останавливается. Бежит к цели.

БИЗНЕС В СТОРОНУ – ПОРА НА ЛЫЖИ!

— Сергей Иванович, а вас что в лыжи привело?

— Любовь.

За последние годы – это моя первая олимпиада. А вообще, может, четвёртая или пятая. Выступал за город раньше в молодости, начиная со студенческой поры до 30 лет.

— У вас же был большой перерыв в спорте?

— Был очень большой перерыв — 27 лет. Но я с детства помню лыжные базы, лес, где я катался еще совсем маленький. Сам я родом из Ребрихи. Пока жил в Камне и занимался предпринимательской деятельностью, всегда был в курсе всех спортивных событий: каменских, алтайских, российских, мировых. Мне это всегда нравилось. Ездил даже на сочинскую олимпиаду и чемпионат мира, чтобы поболеть, окунуться в эту родную с детства атмосферу.

Кстати, на олимпиаду в первый раз после перерыва напросился, как зритель, посмотреть. Тренеры каменские тогда удивились, зачем и почему я поехал. Ездил за свой счет, не только туда. И в Павловск побщаться со спортсменами, и в Барнаул в тир, поговорить со стрелками. В общем, обзавелся новыми товарищами по спорту в разных районах края.

А потом кардинально изменил жизнь — сменил род деятельности, работу, вернулся в спорт. Да, потеряно было много времени, возраст уже не тот. Но главное в любом деле – это то, что у тебя в голове, любовь, желание, серьезное отношение, дисциплина, постоянство в тренировочном процессе. Тогда будет успех. Он и получился.

Сейчас есть планы двигаться дальше. Есть желание попасть в сборную региона. Я, кстати, искренне рад за все победы человека над собой, даже, если он в первый раз вышел на трассу. Неважно, умеет он или не умеет.  А когда к нам приходит заниматься новый человек, мы готовы его на руках носить, всему научим. Как бы то ни было, нас, спортсменов энтузиастов становится все больше. И будет еще больше, я верю.

Про нашу Женю хотел бы отдельно сказать. Во-первых, это человек целеустремленный, очень амбициозный — только первое место, и не меньше. Идет шаг за шагом, не жалея себя.

ВЫМИРАЮЩИЙ ВИД

Немаловажно, что в Камне-на-Оби на сегодня сложился интересный прецедент. По взрослым лыжам город на соревнованиях представляет группа людей, которые не спортсмены вообще. Правильнее их будет назвать энтузиастами, влюбленными в свое дело.

— Ситуация такова, что у нас студенты выпускаются, подростков увлеченных почти нет. Дети только маленькие занимаются. Провал возрастной в лыжах будет, — уверена Евгения Алексеева.

— То есть у нас возрастной пласт теряется?

— Да не пласт, а, по-моему, все обрывается, потому что если не будет притока людей, даже из нашего взрослого населения, трудно сказать, что ожидает лыжный спорт в Каменском районе, — говорит Сергей Казанцев, — я считаю, что развития лыжного спорта в городе можно достичь только комплексным путем.

Первое: кадры. Чтобы молодые специалисты после окончания педколледжа не уезжали, а оставались для работы в спортшколе, им нужны условия и перспектива.

Второе: «рабочая» лыжная трасса на станции Плотинная. Лыжная база с прокатом. Даже, если пока не будет тренеров в ДЮСШ, наличие подготовленной трассы и работа пункта проката лыж не дадут до конца загнуться лыжному спорту. Это тема для размышления спортшколе, спорткомитету, администрации.

Третье: трасса на озере Рица. Озеро расположено в отличном географически месте. Центр города. Есть возможность продлить лыжню до 5 км и сделать 4-5 естественных подъема со спусками. Благоустроить ее. Это самое быстрое и экономически малозатратное решение для организации массовых занятий.

Четвертое: вариант организации лыжной трассы на улице Радостной — конец 330 квартала и начало Зеленого клина в сторону Корниловской трассы. Строительство лыжной базы рядом с теплотрассой на улице Радостной.

Также многие бывшие тренеры и любители лыжного спорта советуют организовать лыжную базу на улице Лениградская  (район вертолетной площадки). Трасса вниз к озеру Партзанское и вправо по логу в сторону Корнилово. Есть где разгуляться.

Одно понятно, что если ничего не делать, то и ничего не будет. Просто в ближайшие 1-2 олимпиады не будет состава у женщин, а может, и у мужчин. Если только выставлять людей только для галочки и занимать последнее 9 место в общекомандном зачете.

У нас ведь самые медалеемкие дисциплины это: спортивные семьи  (12 участников, 4 комплекта медалей), лыжные гонки (10 участников, 6 комплектов), полиатлон (8 участников, 14 комплектов). И везде нужна лыжная подготовка.

Читайте также: Куда исчез ветер биатлона или почему в Каменском спорте наступил «каменный век» ?

Видел игру наших хоккеистов на олимпиаде.  Играли хорошо. Видно, что есть команда, что есть сыгранность, есть желание играть и побеждать. Если не появится в ближайшие годы крытой хоккейной площадки в городке, то на 10 лет вперед наш хоккей будет в отстающих по краю. Наше подрастающее поколение хоккеистов будет ниже уровнем и качеством.

Почему-то Камень-на-Оби был последним городом региона, в котором построили бассейн, а сейчас остается единственным гордом, в котором нет крытой хоккейной коробки. Почему в Павловске, в Завъялово, в Рубцовске, к примеру, есть все условия для полноценных тренировок, а у нас нет?

Хочется отметить наших шахматистов. Стабильная надежная команда. Наш шахматный центр во главе с Дмитрием Лохматовым  уверенно работает на перспективу и у них все получится.

Когда есть энтузиасты, активисты, любители своего дела, нужно им максимально помогать и поддерживать. Развитие массового и детско-юношеского спорта – это инвестиция в будущее всего города во всех областях. Сейчас это на подъеме в России. Здоровым быть — модно!

ПОСЛЕДНИЙ ТРЕНЕР И НЕЗАМЕНИМЫЙ БРАТ АЛЕКСЕЙ

В Камень-на-Оби пришла зима. Такое долгожданное время для хоккеистов и лыжников. Только река нынче встала очень поздно, нагромоздив торосов по всему побережью.

Вооружившись топориком, Александр Зыкун выходит на Обь рубить лед. Иногда помогают его студенты. А потом он заводит свой «Буран» и отправляется на лыжную базу Плотинки. Укатывает снегоходом будущую лыжню, потом топчет ее. Кто этим займется в будущем или когда Зыкун не сможет?

Единственный тренер Камня по лыжным гонкам готов работать руками, не жалея личного времени, лишь бы любимый спорт не умер.

Александра Афанасьевича, шутя, называют половинкой тренера, так как основное его место работы – Каменский педколледж. Другую часть своего времени посвящает спортшколе и тренировке лыжников. Объять необъятное ему не под силу, но очень старается.

«Какая обстановка в Камне-на-Оби обстоит с лыжами? Если честно, ужасная, — поделился как-то после соревнований Александр Зыкун, — я единственный сейчас тренер в Каменском районе, который занимается лыжами. Больше людей таких нет. До этого был Сергей Иванович Шабанов в Аллаке, Сергей Васильевич Сорокин в Новоярках, Иван Николаевич Черников работал в спортивной школе. В те времена каменские спортсмены гремели на российском уровне. Были и лыжники, были результаты, успехи. Сейчас этого нет. Чтобы поменять эту обстановку, здесь много факторов должно срастись».

А жителя Камня-на-Оби Алексея Федоренко местные лыжники благодарно называют братом. Он тоже не спортсмен, но за свои средства приобрел технику, чтобы укатывать лыжню на озере Рица. Готовить лыжную трассу начинает еще по осени, скашивая заросли по берегам озера. Из-за его не безразличия в зимние дни у Рицы машину припарковать негде – жители города идут на лыжню. За это ему все благодарны, ведь если бы не он, то кто?

Благодаря всем этим людям Камень-на-Оби еще не ударил в грязь лицом на олимпиадах и соревнованиях. Спортсмены ждут перемен, но будут ли они или имена знаменитых лыжников из нашего района, спустя годы, навсегда станут историей?

Юлия РАССКАЗОВА. Фото автора и Константина ЗЯТЬКОВА.