Буквально недавно в Алтайском крае закончилась посевная кампания. В этом сезоне она прошла как по маслу, кроме того, в Министерстве сельского хозяйства региона отмечают рост посевных площадей по всем сельхозкультурам. Праздник да и только! Однако трубить туш до осени — преждевременно. Что даст хлеборобам поле и чем ответит рынок? Как будет выглядеть экспортная политика страны к тому моменту, когда из гаражей выпустят комбайны?

Вопросов много, но фермеры, похоже, остались невосприимчивы к событиям на международной арене и вышли на посевную со старыми картами. Как обычно, взвешивая баланс между стабильностью пшеницы на одной чаше и риском тире профитом на другой.

Об этом и многом другом мы поговорили с начальником отдела растениеводства районного управления АПК Владимиром Щукиным.

БОЛЬШЕ ЗЕМЛИ

— Владимир Евгеньевич, я прекрасно понимаю, что посевная, прошедшая без задоринки, не гарантирует аграриям счастья через три месяца — и наоборот. Проблемная посевная прошлого года привела к рекордному за полвека урожаю. Тем не менее, мы можем подвести какие-то промежуточные итоги, не гадая на кофейной гуще? Что хорошего вы можете сказать сейчас, не заглядывая в абстрактное будущее?

— В первую очередь, я хотел бы отметить, что в течение последних двух лет мы стабильно увеличиваем посевную площадь. Так, в 2022 году пашня суммарно по Каменскому району составила 132,3 тысячи гектаров.

— Кажется, раньше она была где-то в пределах 120 тысяч, плюс-минус лапоть. В связи с чем отмечается такой рост, довольно ощутимый, надо сказать?

— С одной стороны, это чистая статистика, на картину которой сегодня заметно влияет один крупный землевладелец, ООО КХ «Зайцев». Данныйсельхозтоваропроизводитель имеет посевные площади в нескольких районах, и в Каменском она составляет 48 тысяч гектаров — больше трети. Заметное снижение посевных площадей в 2020 году было связано с тем, что на нашей территории это крестьянское хозяйство оставило много земли под пары, и в тот год мы имели соответствующие цифры — порядка 112 тысяч гектаров. Но есть и фактический, объективный рост посевных площадей — сейчас многие аграрии сокращают пары в принципе.

— С чем это связано?

— С требованиями рынка. Буквально несколько лет назад в нашем районе были отдельные предприятия, у которых количество паров превышало все нормы.  Имея, скажем, четыре тысячи гектаров земли, кое-как сеяли на двух. Ровно половина «отдыхала».

— Звучит немного расточительно…

— Конечно, сейчас мало кто из работающих в области растениеводства фермеров пойдет на такой шаг — по одной простой причине, в течение последних трех лет цена на зерновые и технические культуры держится на довольно высоком уровне. Грубо говоря, пары — это упущенная выгода.

— Поэтому и засевают всё, что есть, даже тропинки. Но, может, и развитие агротехнологий сыграло свою роль? Удобрения, гербициды, инсектициды, фунгициды и ещё много страшных слов. Грамотный севооборот, опять же.

— В какой-то мере, и это тоже. Хотя основная масса как работала по «трехполке», так и продолжает — то есть по схеме: озимые, яровой сев, пары. Но для севооборота стало больше возможности. Раньше в небольших — в пределах тысячи гектаров — хозяйствах господствовала монокультура, то есть кроме яровой пшеницы ничего не сеяли. Сейчас практически все ежегодно сеют не меньше двух-трех культур. Да, можно посеять хороший предшественник пшеницы и выгодно его продать. Тогда земля не пропадает впустую, и яровую пшеницу можно сеять, исключаяиз традиционной схемы пары.

И ЕЩЕ БОЛЬШЕ

— Так, вернемся к увеличению посевных площадей. Есть дальнейшая перспектива роста?

— Вы должны понять, что цифры в отчетах для управления АПК — не самоцель. В отдельных случаях мы, наоборот, вынуждены были пойти на сокращение пашни — так было на землях СХП «Возрождение».

— Мы же сейчас говорим о процветающем предприятии района?

— Да, но речь о полях, некогда относящихся к землям «Красного плаката». В нынешней ситуации они в буквальном смысле висели гирей на шее предприятия: поля числились как пашня, являлись пашней фактически, а работать на ней не было возможности. Причина в том, что РЖД убрала железнодорожные переезды. Теперь участок площадью порядка 700 гектаров, который находится между «железкой» и Обью, отрезан для техники и людей. Нам удалось убедить все заинтересованные инстанции в том, что ситуация требует решения, и для данных угодий  официально сменили назначение с пашни на пастбища. А предприятие по бумагам имеет то количество пашни, которое на самом деле обрабатывает. Это и есть наша задача — чтобы статистика максимально отражала действительность.

— Говоря о пахотных землях, мы так или иначе обращаемся к статистике, записям в кадастре и так далее. А реальный рост пашни, в физическом пространстве, имеет место быть? Или Каменский район распахан до своего географического предела?

— Есть у нас положительные моменты, когда распахивают под ниву ранее не возделываемые или давно заброшенные поля. Яркий тому пример — Столбовский сельсовет. На правобережье есть КФХ Паршукова А. М., имевшего в пользовании всего порядка семисот гектаров. В ближайшие пару лет он намерен выйти на две тысячи гектаров пашни — за счет собранных паев столбовских жителей и за счет возделывания заброшенных земель. Это непросто, конечно, приходится корчевать мелколесье. Но с другой стороны, иного способа расширить пашню предприятия просто не существует.

— Готовых и никем не занятых пахотных земель в районе нет?

— Свободной земли практически нет — и не только в районе, вообще в крае. Поэтому многие фермеры, видя хороший пример, уже начали интересоваться подобной перспективой.

— Поднятие целины, часть вторая, акт первый?

—  Почему бы и нет.  Сами посудите, на территории Столбовского сельсовета сейчас пять тысяч гектаров залежных земель. Наверняка кто-то рано или поздно заинтересуется возможностью превратить их в приносящие прибыль сельхозугодья. Прецедент уже есть, и я думаю, что скоро он превратится в тенденцию. Не забывайте про сильнейший дефицит пашни. А по примерным оценкам, из тех пяти тысяч гектаров как минимум три можно будет освоить. Заречье вообще в последнее время стало крайне привлекательным для переселенцев. Многих привлекает природа и отдаленность от мегаполисов, постепенно почти заброшенные сёла заселяются, появляется инфраструктура — насколько мне известно, там недавно мост через речку Храпиху построили. Вы, наверное, не помните, но в золотые времена там был колхоз имени Мичурина. А это около десяти тысяч гектаров пашни и пять деревень.

ИДЕАЛЬНЫХ ПОСЕВНЫХ НЕ БЫВАЕТ

— Предлагаю вернуться к центральному плану нашего интервью. Как вы оцените завершившуюся недавно посевную?

— Особых проблем с самим процессом сева не было, погода для этих целей складывалась прекрасная. Наверное, сейчас выражу мнения  всех фермеров до единого — не помешали бы один-два дождя. Но это было бы уже идеально, а мы всё-таки живем в зоне рискованного земледелия. В целом посевная прошла штатно, в почти идеальные агрономические сроки. Уже к первому июня сев был практически закончен, немного задержала гречиха. Многие аграрии не рискуют сеять её раньше пятого, а то и десятого июня. Но в принципе техническая возможность и погодные условия позволяют делать это раньше.

— Гречиха разве не боится волны похолодания, которая часто бывает в первых числах лета?

— Если бы не боялась, то все аграрии сеяли её в конце мая. Иногда перестраховка оправдана — так, 4 июня по Попереченской зоне наблюдались заморозки до минус двух градусов. Если бы у кого-то гречиха была в этот момент на всходах, её бы побило. Но с другой стороны, затягивать с ней тоже рискованно. Если посеять гречиху слишком поздно, то в августе заморозки могут по ней ударить, когда она на цвету, и тогда коробочки будут пусты. Гречиха — культура капризная. Почему почти все аграрии имеют с ней дело — в последние годы за неё дают высокую цену.

— Кажется, в прошлом сезоне цена на гречиху поднялась выше 50 рублей за килограмм?

— В определенный момент  порядка шестидесяти. Даже если в итоге сельхозтоваропроизводитель получает всего десять центнеров с гектара, он не остается внакладе, все мучения окупаются сторицей. Стабильная во всех отношениях пшеница такого ценника никогда не даст.

— Но пшеница — это все равно что классика. Как вообще выглядит структура посевных площадей в этом году?

— Количество озимых в сравнении с прошлым сезоном значительно снизилось примерно на треть. Но это опять, можно сказать, причуды статистики. Предприятие КХ «Зайцев» в этом году на территории нашего района посеяло меньше озимых зерновых культур, что заметно повлияло на цифры в отчете. В целом же, если оценивать по структуре посевов сельхозтоваропроизводителей, то ситуация остается стабильной. Есть небольшие колебания в сотню гектаров, но они не принципиальны. Основной культурой по-прежнему остается пшеница, прочие культуры также держатся на одном уровне. Для сравнения: в прошлом году яровой сев пшеницы составил порядка 48 тысяч гектаров, в этом году — 50 тысяч.

В МОДЕ ПРИ ЛЮБОЙ ПОГОДЕ

— Что ещё «модно» в этом сезоне?

— Набор зерновых и зернобобовых культур остается традиционным: пшеница, ячмень, овес, гречиха, горох, в двух хозяйствах района уже не первый год выращивают  кукурузу на зерно. Появилось 60 гектаров чечевицы, но это не показатель общей картины. Больше похоже на пробу, на некий эксперимент — выйдет толк или нет. В предыдущие годы тоже были попытки понемногу ее сеять, но пока она не прижилась — в прямом смысле и фигурально.

— А как обстоят дела с техническими культурами?

— Основная культура — подсолнечник, который в этом сезоне заметно прибавил с обычных 12-15 тысяч гектаров до 22 тысяч. Хорошо это или плохо — вопрос из области диалектики. Для бизнеса хорошо, для почвы со слоем гумуса в палец толщиной — не очень. В советские времена в нашей зоне вообще не разрешали сеять подсолнечник. Но сейчас решает рынок. Вторым после подсолнечника традиционно идет лен кудряш. Грубо говоря, это масличная культура номер два, и в этом сезоне она держится на уровне прошлых лет, порядка 9 тысяч гектаров.

— Кстати, как я уже успел заметить, сложная ситуация с экспортом вообще не повлияла на картину посевной в этом году. Тот же лён — чисто экспортная культура. Можно ли ожидать какие-то сложности с рынком сбыта?

— Во-первых, это временный запрет, а во-вторых, ограничения вывоза не коснулись масличных культур. В-третьих, экспорт в Китай и ряд азиатских стран не был запрещен. Азия — наш основной потребитель. В общем объеме экспорта Алтайского края западное направление составляло  всего десять процентов. Китай заверяет, что купит у нас всё, что мы выращиваем и производим из выращенного. Подключилась Индия. А также, насколько мне известно, большой интерес к нашей сельскохозяйственной продукции начал проявлять Афганистан. Экспортные перспективы у нас есть, спрос на внутреннем рынке тоже.

— Хорошо, вернемся в поле (образно), что-то новенькое и эксклюзивное есть?

— К таковым можно отнести сою и рапс, которые на данный момент на территории района остаются экзотикой. Площади незначительны, — почти 400 гектаров сои и полторы тысячи гектаров рапса. То же самое можно сказать о сурепице. Это масличная культура, к которой периодически просыпается интерес у аграриев. Первым её ввели в оборот в КФХ Чуфистова К. А. — небольшой был участок в пятьдесят гектаров. Сегодня  в районе сурепицей занимаются четыре хозяйства, общая площадь посевов — 300 гектаров. То есть её пока тоже можно отнести к разряду экспериментальной культуры. К классу эксклюзивов скоро можно будет отнести овощи, хотя картофельно-овощная составляющая в последние годы более-менее стабилизировалась. Был и рост, и снижение, то есть отрасль развивалась волнообразно. Сейчас остановились на отметке в 120 га — картофель, 7 га — овощи.

— Говорят, что в селе попросту некому картошку копать?

— Здесь большую роль играет логистика. Картофель, свеклу и другие овощи проще выращивать ближе к крупным городам, где есть производство. Всё-таки, наш район — не то место, где будет в промышленном масштабе развиваться овощная продукция.

ЧЕМ КОРМИТЬ И НА ЧЕМ ПАХАТЬ

— Мы ещё с вами не затронули вопрос кормовых культур. Буквально пару лет назад тема кормов стала весьма болезненной в Каменском районе и почти по всему Алтайскому краю. Как с этим обстоят дела сейчас?

— Если говорить о посевах, то в этом плане хвастать, к сожалению, нечем. Если в 2017 году в Каменском районе кормовыми культурами засеивали не менее 15 тысяч гектаров, то к дню сегодняшнему осталось девять тысяч.

— Наверное, пропорционально этим показателям сократилось поголовье? Точнее, наоборот.

— Не могу сейчас привести точные цифры, но постепенное сокращение поголовья скота сыграло определенную роль. Да и рынок диктует свои правила: увеличивается количество культур, поскольку есть спрос, поэтому сельхозтоваропроизводители распахивают поля с  многолетними травами. Загадывать пока рано, потому что животноводы ещё не представили данные по потребностям в кормах. Судя по погодным условиям начала июня, перспектива была неважной. На богаре естественные травы уже сгорели. Остается надежда на однолетку. Недавно прошли дожди, вероятнее всего, сенажа в этом году будет достаточно. А как сложится ситуация с сеном — предсказать невозможно. Естественные сенокосы во многом зависят от зимней влаги, а  вы прекрасно помните, что за всю зиму серьезного снега не было ни разу. Впрочем, животноводство без сена не останется, ведь сегодня это  неплохой бизнес.

— Кто-то вКаменским районе этим целенаправленно занимается?

— Да, есть частники, работающие по типу ЛПХ и у которых есть небольшое количество техники — один-два трактора. Они работают чисто на продажу. Как сформировался этот бизнес? Кто-то держал скот, а потом решил, что выгоднее просто заняться производством кормов на продажу. Это имеет резон. В хороший год 300-килограм-мовый рулон сена стоит в пределах пятисот рублей, а в позапрошлый засушливый год цена доходила до полутора тысяч.

— Не возникло ли проблем с техникой, с дефицитом деталей в эту посевную? Некоторые фермеры в регионе испытывали сложности с поставками оборудования или их частей из-за рубежа.

— Информации о каких-либо серьезных проблемах с поставкой новой техники у меня нет. Тем более, что в Каменском районе преобладают белорусские «Палессе», «Акросы» Ростсельмаша и другие.  Если говорить о почвообрабатывающей технике, то сегодня есть очень много предложений, конкурентоспособных предложений  от отечественных производителей.  Это также очень удобно в плане логистики, запчастей, сервиса. Я бы не сказал, что в техническом плане растениеводы Каменского района были сильно импортозависимы.

— Спасибо за интервью. По итогам нашего с вами разговора можно сделать вывод, что на сегодняшний день агропромышленный комплекс в Каменском районе и регионе в целом пришел к какому-то общему знаменателю и нашел пути к развитию.

Максим ПАНКОВ. Фото автора и из архива редакции.

В Каменском районе сев яровых культур проведен на площади 88,9 тыс. га, из них пшеница — 50,3 тыс. га.

Ячмень — 9,0 тыс. га.

Овес — 3,2 тыс. га.

Гречиха — 11,2 тыс. га.

Горох — 4,8 тыс. га.

Масличные культуры посеяны на площади 33,9 тыс. га.

Подсолнечник — 22,5 тыс. га.

Лён кудряш — 9,2 тыс. га.

Рапс — 1550 га.

Соя —290 га.

В Алтайском крае яровой сев проведен на площади  4,7 млн. гектаров.

Общая посевная площадь — 5,3 млн. гектаров, это выше прошлогоднего показателя на 138 тыс. га.

В Каменском районе посевные площади составили  132,2 тыс. га